Мохаммеда Закария Гонейма- первая книга - страница 3


В древности, когда эта гигантская стена поднималась на всю свою высоту, она представляла великолепное зрелище. Возможно, что она копировала Белую Стену Мемфиса, про- славленную в древних текстах. Между бастионами через не- равные промежутки ее украшали рельефы, изображавшие че- тырнадцать двустворчатых ворот.

Второй архитектурной особенностью ступенчатой пира- миды Джосера является ее внутренняя конструкция. Пира- мида состоит из независимых слоев каменной кладки, опи- рающихся на центральную щебенчатую основу. Точно так же по существу построены и все «настоящие» пирамиды — Хуфу, Хефрена и прочих фараонов, царствовавших позднее. Однако между расположением рядов или слоев кладки ступенчатой пирамиды и более поздних пирамид есть одна существенная разница. В ступенчатой пирамиде каменные блоки наклонены внутрь под углом в 74°—это сделано для большей прочности. Иначе говоря, здесь каменные блоки расположены подпр я- м ы м углом к внешней поверхности, то есть каж- дый ряд блоков наклонен под острым углом к осевому пер- пендикуляру основы. -В более же поздних, так называемых «настоящих» пирамидах с прямыми, а не ступенчатыми гра- нями, слои кладки расположены горизонтально.

Для эпохи Третьей династии характерны именно ступен- чатые пирамиды. Такие же гробницы, хотя и в гораздо худ- шем состоянии, чем пирамида Джосера, сохранились в За- виет-эль-Эриане, между Саккара и Гизе; в Медуме, где один из фараонов, по-видимому Хуни, начал возводить ступенчатую гробницу, позднее Снофру достроил ее уже как настоящую; в Силе, близ Фаюма; в Завиет-эль-Майитине, в Среднем Егип- те, а также в Нубте и в Куле в Верхнем Египте.

Глава вторая. ФАРАОНЫ ТРЕТЬЕЙ ДИНАСТИИ

Девятого марта 1951 года меня перевели из Луксора с поста главного инспектора Департамента древностей в Верх- нем Египте и хранителя фиванского некрополя обратно в Саккара, где я начинал свою археологическую карьеру еще в 1937 году. Тогда я был помощником археолога и некото- рое время работал на дамбе Унаса, фараона Пятой династии, чья гробница находится неподалеку от пирамиды Джосера- На сей раз я был назначен главным инспектором Саккара и должен был отвечать за целость и сохранность всех древно- стей в этом районе.

Но у меня имелись особые причины радоваться переводу в Саккара.

Уже давно меня занимал один факт: несмотря на то что время правления Третьей династии представляет собой инте- реснейшую эпоху в истории Египта — период, когда Египег превратился в объединенное царство со столицей в Мемфисе, мы почти ничего не знаем ни об одном фараоне Третьей дина- стии, за исключением Джосера. К сожалению, даже это имя является более поздней версией, которая не употреблялась долгое время после его смерти и впервые встречается лишь в период Двенадцатой династии (1990—1777 годы до нашей эры). В современных ему надписях Джосера именуют Гор Нетериерхет. Его же называли Нофереринхет. По-видимому, он был сыном или преемником Хасехемуи, последнего фарао- на Второй династии. Однако за время своего правления он достиг таких успехов, которые, говоря без преувеличений, открыли новую эру в истории Египта. Поэтому нет ничего уди- вительного в том, что Манефон считал его основателем новой, Третьей династии.

Джосер имел в Бет-Халлафе вторую, построенную раньше гробницу или, возможно, кенотаф в виде мастабы из кирпича- сырца, однако погребен он был почти наверняка под своей ступенчатой пирамидой в Саккара.

При помощи выдающихся людей, в частности своего глав- Рвого архитектора Имхотепа, Джосер сумел не только упро- чить объединенное им царство, но и вдохнуть в него свежие снлы, благодаря которым начался новый расцвет египетской Культуры.

Сохранившиеся следы его правления говорят о коренных переменах в искусстве. Однако такие перемены возможны лишь при новых и весьма значительных достижениях в обла- сти науки. Самым убедительным примером этих достижений Вможет служить монументальный ансамбль Саккара, внезапно возникший как бы из ничего вместе с высокоразвитой архи- тектурой, не имевшей себе подобия нигде в мире.

Но ведь были же после Джосера и другие фараоны Тре- тьей династии! Чего же достигли они? Какие памятники они доставили?

С подобными мыслями бродил я однажды солнечным сен- Дтябрьским утром 1951 г. по дворам внутри ограды ступенчатой прамиды Джосера. Пирамида возвышалась надо мной. Я обо- гнул ее с запада и уселся в тени, продолжая размышлять.

«Может ли быть,— думал я,— что слава великого фараона затмила все воспоминания о его преемниках, как его пира- мида затмила все прочие меньшие памятники, расположен- ные вокруг? Пожалуй. Весьма вероятно, что здесь погребены и другие фараоны Третьей династии, но их гробницы давно позабыты».

Мысленно я начал перебирать имена преемников Джосера. Известно, что после него правили четыре фараона, однако список Манефона мог быть и неполным. От этих фараонов сохранились одни их имена:

Санахт (Небка),

Хаба (Тети?),

Неферка (Небкара),

Аху (Хуни).

Имя фараона Санахта обнаружено на мастабе из кирпича- сырца в Бет-Халлафе; Хаба, по-видимому, построил так назы- ваемую многослойную пирамиду в Завиет-эль-Эриане, между Саккара и Гизе; Неферка; вероятно, рыл недоконченную под- вемную усыпальницу в той Же местности; Ану (Хуни) начал в Медуме строительство большой пирамиды, которую часто приписывают достроившему ее фараону Снофру. Все эти «по-видимому» и «вероятнб» указывают на крайнюю рас- плывчатость наших знаний о том периоде. Другое дело — эпоха Нового Царства! Здесь мы можем с уверенностью ска- зать, что такая-то гробница или памятник созданы именно Аменхотепом III, Рамсесом II, Рамсесом III, Мернептахом и так далее.

Такая неясность наших знаний частично объясняется тем, что в отличие от памятников позднейших эпох на древних пи- рамидах редко высекали имена их хозяев. Если же имена и встречаются, то чаще всего они грубо начертаны на камнях кладки. Кроме того, фараоны той эпохи обычно строили себе несколько гробниц в разных частях Египта, И, наконец, в до- вершение путаницы, мастаба с именем фараона могла в действительности быть гробницей какого-нибудь высокого чи- новника, служившего при этом фараоне. Так, напри- мер, некоторые видные уче- ные считают, что мастаба Джосера в Бет-Халлафе яв- ляется гробницей его прибли- женного. Тем не менее один факт установлен вполне до- стоверно: пирамиды строи- лись для фараонов и только для фараонов.

Остановимся коротко на тех памятниках, создание ко- торых можно с уверенностью приписать фараонам Третьей династии и в которых прояв- ляются те же методы соору- жения, что и в пирамиде Джосера.

В нескольких милях от Саккара по направлению к Гизе, в Завиет-эль-Эриане стоит почти полностью раз- рушенная ступенчатая пира- мида. Рядом с ней находится подъездная насыпь и глубо- кий колодец, предназначен- ные, очевидно, для другой пирамиды; впрочем, она так и не была построена. Первая пирамида приписывается фа- раону Хаба. Ее основа — пирамидальный холм из известняка—одета четырнадцатью рядами или слоями каменной кладки из того же материала. Пирамида занимает площадь в 10000 квадратных метров и в настоящее время имеет около 20 метров в высоту. Погребаль- ная комната высечена в скале под пирамидой. К ней ведет лестница и галерея, выходящая на северо-восточную сторону. За пределами самой пирамиды ее огибает с северо-во- стока, севера и северо-запада длинный, высеченный в скаль- ном грунте коридор с тридцатью двумя тайниками или кла- довыми.

Незавершенная пирамида, находящаяся севернее [недавно в 1954 году, одна американская кинокомпания очистила колодец от тысяч тонн заполнявшего его песка, чтобы «крутить» здесь сцены постройки пирамиды. Таким образом, сейчас впервые за много лет можно видеть и гранитные блоки, и саркофаг] состоит по существу из уходящего в глубь прохода длиной около девяноста метров с двойной лестницей, высеченной в скале. Проход начинается небольшим уклоном, затем идет горизон- тально и наконец, под крутым углом спускается вниз, упи- раясъ в огромный квадратный колодец, напоминающий

шахту под пирамидой Джо- сера. Несомненно, на дне этого колодца должна была быть гранитная усыпальница. До сих пор там лежат гра- нитные блоки, на некоторых из них грубо начертано имя Небкара, или Ноферка. Там же стоит великолепный сар- кофаг из красного гранита. Он стоит, каким его оставили здесь почти пять тысяч лет назад. Однако и огромный колодец, и входная галерея лежат под открытым небом: пирамида, которая должна была их прикрыть, так и не была никогда воздвигнута. [Раньше думали, что она построена фараоном Снофру. Однако те- перь полагают что ее воздвиг Хуни, а Снофру, вероятно, только достроил. CM. W. С. Н ayes. The sceptre of Egypt, New York, 1954.]

В Медуме сохранилась южная пирамида, начатая Хуни (Аху), последним фа- раоном Третьей династии Медумская пирамида господ- ствует над всем пейзажем на много километров вокруг. Поистине во всем Египте едва ли найдется хоть не- сколько памятников, которые могут по грандиозности срав- ниться с этим похожим на цитадель сооружением, чьи ступенчатые стены сейчас ед- ва выступают из вершины песчаной горы, словно сред- невековая крепость на холме. Но то что мы видим сейчас,—

это только основа здания; в полном виде оно представляло со- бой настоящую пирамиду высотой около девяноста мет- ров и площадью около 20000 квадратных метров, стороны которой имели наклон в 51°52^. Все внешние слои кладки вместе с вершиной и дополнительными рядами облицовки были расхищены много столетий назад. На виду остались только внутренние слои. Все остальное засыпано песком и щебнем. Но и в этом разрушении есть одна положительная черта: здесь лучше чем где бы то ни было мы видим в н ут- реннее строение пирамиды.

Поверх основы из щебня архитектор положил несколько рядов каменной кладки, наклоненных внутрь под углом в 73—75°. Нижний слой был самым толстым, следующие все тоньше и тоньше, так что в результате все строение стало по- хоже на сходящиеся к вершине лестницы из семи-восьми ог- ромных ступеней. Однако впоследствии фараон или его архи- тектор, не удовлетворенные этим, приказали заполнить углы между ступенями и облицевать здание плитами высокосорт- ного известняка. Все это можно проследить на пирамиде в Медуме, памятнике последнему фараону Третьей династии. Здесь ясно различимы две стадии развития от ступенчатой пирамиды к настоящей.

Вернемся, однако, в Саккара. Я был удивлен тем, что в этом наиболее значительном некрополе Мемфиса сохра- нился только один памятник, который можно с уверенностью отнести к фараону Третьей династии. Где же тогда, например, пирамида Санахта? К тому же, кроме него, по нашим сведе- ниям, в Третьей династии должны были быть и другие фарао- ны, не упомянутые в списках царей. Поэтому я решил прове- сти тщательное обследование некрополя с севера на юг и с востока на запад.

Если читатель постарается запомнить основные особенно- сти расположения некрополя, это поможет ему понять, что привело меня к решению начать раскопки в совершенно опре- деленном месте.

Некрополь огибает пустыню к западу от Мемфиса поло- сой, протянувшейся примерно на семь с половиной километ- ров с севера на юг. Максимальная ширина этой полосы с во- стока на запад составляет около полутора километров. Самый некрополь представляет собой скалистое, засыпанное песком плато высотой метров в тридцать шесть, которое служило для погребений со времен самых ранних династий и вплоть до арабского завоевания в VII веке нашей эры, то есть на про- тяжении более четырех тысяч лет. После завоевания Мемфис постепенно опустел, а на противоположном берегу Нила был основан новый город, Эль-Фустат, расположенный неподалеку от современного Каира. Камни Мемфиса переправляли через реку и использовали для построек нового города,

Начав изыскания с крайней северной точки некрополя, мы обнаружили сначала большие гробницы Первой и Второй династий, а также кирпичную мастабу Третьей династии. Здесь же, в северной оконечности некрополя, оказались кир- пичные мастабы времен Четвертой и Пятой династий, ориен- тированные с востока на запад.

Продвигаясь далее к югу, мы достигли аллеи сфинксов, воздвигнутой при фараоне Тридцатой династии Нектанебе (378—332 годы до нашей эры). Эта аллея ведет от обрабаты- ваемых полей к Серапеуму, где начиная с Восемнадцатой ди- настии (1555—1350 годы до нашей эры) и вплоть до конца царствования Птолемеев погребали священных быков — Апи- сов. За Серапеумом находится ряд поставленных полукругом статуй греческих поэтов и философов, найденных в прошлом столетии французским археологом Мариэттом. Тут же побли- зости возвышается огромная мастаба Тии и другие пышные гробницы знати, жрецов и чиновников Древнего царства.

Еще дальше к югу стоят почти совершенно разрушенные пирамиды Тети (VI династия) и Усеркафа (V династия). За- тем ступенчатая пирамида Джосера со всем ансамблем при- легающих строений, окруженных стеной, а чуть подальше к югу—комплекс сооружений пирамиды фараона Пятой ди- настии Унаса. Еще южнее, в некотором отдалении от нее, находятся развалины пирамиды Пепи 1 (VI династия); далее, через такой же участок пустыни, стоят пирамиды Меренра (VI династия) и Джедкара (V династия). С этого места Открывается вид на ряд пирамид, замыкающих с юга некро- поль Саккара: это гробницы Пени II (VI династия), его жен Нейт и Ипут, а также еще несколько маленьких второстепен- ных пирамид.

Близ пирамиды Пепи II находится необычайное сооруже- ние, известное под названием «Мастаба Фараона». Несмотря на прямоугольную форму, мастаба по своей внутренней кон- струкции весьма напоминает пирамиду. Некоторые ученые полагают, что она воспроизводит форму гигантского сарко- фага. Это гробница фараона Шепсекафа, последнего прави- теля Четвертой династии.

В своей повседневной работе я постоянно сталкиваюсь с этими величественными многовековыми памятниками. Я вижу их днем далеко в пустыне под сияющими лучами солнца, я вижу их ночью с крыши моего дома, когда они таинственно возвышаются над пустыней, залитые лунным светом. Я знаю их все. Они для меня словно старые друзья. Даже их имена кажутся мне прекрасными: «Чист Шепсе- каф», «Вечно место (успокоения) Тети», «Превосходно место (успокоения) Унаса», «Снофру воскресает». И если я призна- юсь, что эти имена помогали мне в моей работе, надеюсь, ни- кто не обвинит меня в излишнем пристрастии к романтике.

Во всех этих пирамидах в то или иное время уже вели раскопки крупнейшие археологи, так же как Масперо, Фёрс и Жекье, и все они оказались полностью или частично раз- грабленными еще в далеком прошлом. Древнеегипетские гра- бители могил были настойчивы и хитроумны, и лишь немно- гим гробницам удалось спастись от их жадных рук.

Но кто не верит и не надеется,— тот не археолог. Поэтому, знакомясь с полем своей деятельности в первые месяцы после назначения, я не переставал думать о неизвестных памятни- ках, оставленных фараонами Третьей династии.

Да, раскопки в Саккара велись долгое время. Их начал еще Мариэтт сто с лишним лет назад, а затем другой фран- цузский археолог, Жак де Морган, продолжил работу Ма- риэтта на более высоком научном уровне. Но по-настоящему систематические исследования начались только в нашем два- дцатом веке, когда египетский Департамент древностей при- ступил к тщательному научному изучению всего этого района. Я был последним из многих археологов, работавших в Сак- кара, и вполне естественно, как и всякий живой человек, на- деялся, что именно на мою долю выпадет удача новых открытий.

После подробного изучения всего некрополя я в конце концов остановился на участке, расположенном сразу же за оградой пирамиды Джосера. Довольно обширная площадка упирается на востоке в западную стену пирамиды Джосера и в пирамиду Унаса, а на западе — в большую ограду, найден- ную Жаком де Морган более полувека назад,— то есть в то самое место, где в течение одного сезона вел раскопки покой- ный Абдессалам Гуссейн. Наиболее интересной особенностью участка является большая продолговатая терраса, располо- женная в его юго-восточном углу. Вытянувшись с севера на юг, она лежит примерно в ста тридцати пяти метрах к юго- западу от ограды пирамиды Джосера.

На картах эта терраса была обозначена как естественное плато. Однако характерные очертания террасы, покрытой ос- колками обработанного известняка, гранита и алебастра, а также следы разрушенной каменной кладки удивили и за- интересовали меня. Я обратился к Департаменту древностей с просьбой разрешить мне провести здесь пробные раскопки. К моей величайшей радости, мне была отпущена на них пред- варительная сумма в шестьсот фунтов стерлингов, и 27 сен- тября 1951 года я приступил к работе.

Глава третья. ПОИСКИ НАЧИНАЮТСЯ

Читателям, не знакомым с археологическими исследова- ниями, будет интересно узнать, как организуется и ведется эта работа.

Когда место раскопок определено, необходимо прежде всего подобрать подходящих рабочих. Тщательные контроль- ные раскопки требуют большого искусства. Рабочие должны знать, что искать, уметь различать всевозможные типы стен, фундаментов и прочие малейшие следы древних строений. Они должны подмечать все археологические детали, обычно ускользающие от неопытных глаз. Не менее важно, чтобы они знали, какой бесконечной осторожности требует обращение с тонкими и хрупкими предметами древности, которые могут им встретиться во время раскопок. И, наконец, они должны уметь подвергать все находки первоначальной предохраняю- щей обработке. Разумеется, при этом они должны отличаться безупречной честностью, ибо искушение украсть какой-нибудь небольшой предмет бывает иногда слишком велико.

К счастью для археологов-египтологов, в одной из дере- вень Верхнего Египта, в Коптосе, живут люди, специализиро- вавшиеся на такого рода работах. Крестьяне Коптоса уже оторвались от своих полей. Под руководством археологов они приобрели большой опыт, и теперь научные раскопки стали их основным занятием. Некоторые из старейших жителей Коптоса приобщились к археологии почти пятьдесят лет на- зад—они работали у такого знатока, как сэр Уильям Флин- дерс Петри, а затем в свою очередь обучили этому делу дру- гих. Так, например, мой рейс, или старший десятник, Хоф- ни Ибрагим работал с крупнейшими археологами — с Петри, Брентоном, Мейером, Бэйли, Старки, с мисс Катон-Томпсон и, наконец, совсем недавно — с профессором Файермэном. Для археолога, приступающего к раскопкам на новом месте, опыт подобных людей может оказать неоценимую помощь, и то, что многие из них согласились работать со мной, было для меня большой удачей.

Любопытно, что за подобную работу обычно берутся це- лыми семьями — отцы, сыновья, дядья, племянники, двоюрод- ные братья, и все они — умелые землекопы помощники архео- лога. Добросовестность и безупречная честность для них — обязательные качества. Если хотя бы один из родственников проявит небрежность или смошенничает, за его вину отвечает вся семья.

Несмотря на то что эти люди работают за деньги по най- му, их никак нельзя отнести к простым наемным землекопам. Работа вызывает у них неподдельный интерес, и они с закон- ной гордостью говорят об открытиях, сделанных ими под руководством знаменитых археологов. И, наконец, эти люди являются прямыми потомками древних египтян, от которых они унаследовали многие верования и обычаи. Они работают среди памятников, воздвигнутых их предками, и порой ка- жется, что они унаследовали даже их строительное искус- ство. Так, например, они с необычайной легкостью умеют передвигать тяжелые предметы, почти не прибегая к механи- ческим приспособлениям. Один мой .знакомый англичанин рассказывал, как он с удивлением и трепетом наблюдал в Каирском музее за передвижкой гранитного колосса, весив- шего около ста тонн:

«Кучка жилистых невысоких парней, отдетых в г ал а- бие,—говорил англичанин,—собралась вокруг статуи со своими железными ломами и несколькими деревянными брусьями. Среди громких воплей и суеты статуя вдруг покач- нулась. Катастрофа казалась неминуемой. Я уже готов был зажмурить глаза и заткнуть уши, однако прошло совсем не- много времени, и колосс был передвинут на десятки метров, а затем без единого повреждения установлен на новом месте».

Таково было это древнее искусство в действии. Многие из землекопов работали у меня, когда я служил еще в Луксоре главным инспектором Верхнего Египта. Са- мыми искусными и надежными были двое—братья Хофни Ибрагим и Гуссейн Ибрагим, Я написал в Коптос в Верхнем Египте Хофни Ибрагиму. Оказалось, что он уже собрался на раскопки в Судан, однако работа в Египте, даже в Нижнем Египте вдали от их дома, устраивала обоих братьев гораздо больше. С радостью я узнал, что они согласны приехать ко мне в Саккара вместе с десятью другими опытными землеко- пами. Назначив Хофни своим рейсом, я в допоЯнение к квалифицированным рабочим нанял еще двадцать человек из местных для черновых работ, хотя и знал, что в дальней- шем мне понадобится гораздо больше людей.

В последние дни сентября 1951 года мы с Хофни осмот- рели обширный участок предстоящих раскопок, подыскивая наиболее подходящее место, для начала работ. Остатки кладки из неотесанных камней, едва выступающей над по- верхностью на западной оконечности террасы, сразу при- влекли наше внимание. Поэтому мы начали копать именно здесь. В первый же день, к нашей огромной радости, из-под земли показалась массивная стена горизонтальной каменной кладки. Мы углубились до ее основания. Стена оказалась высотой в 5,1 метра при толщине в 18 с лишним метров. Она состояла в разрезе из трех частей, словно сэндвич. В сере- дине сэндвича шел вертикальный слой толщиной в 3,3 метра. Два внешних слоя, подпирающих его с обеих сторон, имели наклон внутрь под углом в 72°. Архитекторы называют такой вид постройки укрепленной, или откосной, стеной.

Эта находка убедила меня в том, что моя первоначальная идея была верна, и в течение двух следующих месяцев мы продолжали вести раскопки вдоль массивной стены. Я увели- чил число рабочих до пятидесяти. Для вывоза выброшенного песка и щебня под руководством Хофни Ибрагима была про- ложена дековиллевская дорога к подходящему свалочному участку.

Терраса, где мы работали, находится в юго-восточном углу обширной низины к юго-западу от ограды пирамиды Джосера. Я выбрал для свалки участок к западу от западной оконечности террасы, предварительно убедившись, что здесь, на скальной основе, нет других памятников или гробниц. Для этого мы провели пробные раскопки колодцами.

9945788484479905.html
9945873232978677.html
9946088376925921.html
9946157393341963.html
9946282718246954.html